Так по ком же звонит колокол Нотр-Дам де Пари?

«Я — Шарли» или «Я — Христианин» — перед такой дилеммой, по мнению священника Сергия Карамышева, стоит западное общество …

«… смерть каждого человека умаляет и меня, ибо я един со всем человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по тебе». Джон Донн, XVII век.

Несколько утихли страсти по французскому экстремистскому порнографическому еженедельнику «Шарли Эбдо», сошла пена эмоций. Что же осталось? Остался своего рода манифест секуляризма, озвученный главным редактором издания Жераром Беаром в номере, вышедшем после теракта сумасшедшим тиражом в 7 миллионов экземпляров. «Манифест» имеет звучный заголовок «Быть или не быть. Да, но…».
Видать, не особенно расстроенный смертью коллег Беар заявил: «На прошедшей неделе «Шарли», атеистическая газета, совершила больше чудес, чем все святые и пророки вместе взятые, … вознеслась выше гор». Ну что ответить этому несчастному? Лучше, чем пророк Давид, не скажешь: «Видел я нечестивого, превозносящегося и высящегося как кедры ливанские, и прошел мимо, а потом стал искать его, и не нашлось даже места его» (Пс. 36, 35-36).
Мсье Беар даже не пытается скрыть собственной мании величия, когда заявляет: «Колокола Нотр-Дама били в НАШУ честь». Это, конечно, как посмотреть. Можно с уверенностью сказать, что они в тот день, в воскресенье 11 января, били в память по погибшим. И звон был не торжественный, а погребальный. Если Беару не терпится быть заживо погребенным, это его выбор. Погребальный колокол Нотр-Дама, как всегда, звучал по всем нам, по всему человечеству. И все же в первую очередь – по жителям Парижа.
Однако Беар воспринял этот тяжелый звон своеобразно, в стиле «Шарли Эбдо», в глазах которого единственное назначение святыни – быть осмеиваемой и опошляемой. Поэтому не надо удивляться, когда похороны превращаются в пляску на костях, в злобную вакханалию с богохульством и матерной руганью.
Всех вышедших на акцию в поддержку «Шарли» (а организована она была, нужно отдать должное, с высоким профессионализмом, не на один порядок лучше, чем поимка преступников) Беар почислил в своих идейных союзников (отчасти он прав, потому что они шли с девизом «Я Шарли»). Всей же остальной части человечества этот деятель сказал: «And fuck off to the others, who, in any case, don’t give a shit…» Короче говоря, послал всех трехэтажным матом.
После этого пассажа можно поздравить всех, кто, будучи влеком стадным чувством, ходил с плакатиком «Я Шарли». С ловкостью наперсточника Беар заявил в своем «манифесте»: «Миллионы простых людей, все эти главы государств и правительств, все эти политики, интеллектуалы и медиа-персоны, все эти священнослужители, кто в течение недели провозглашал «Je suis Charlie» должны знать, что это также означает «Je suis pour la laïcité» («Я за секуляризм»)». Всё правильно, всё логично: назвался груздём – полезай в кузов. Когда ты поддерживаешь сам не зная что, когда ставишь знак равенства между своей душой и «желтой» прессой, будь готов остаться в дураках.
История с «Шарли Эбдо» показала, насколько легко внушаемым и легко управляемым стало западное общество. Был провозглашен наиглупейший лозунг, и целые миллионы повлеклись за ним, словно на убой. В чем глупость? Предположим, у кого-то трагически погиб друг по имени Ваня. Можно ли представить русского человека, который, вместо того, чтобы помолиться за друга, нарисует плакатик «Я Ваня» и будет ходить с ним по городу? Не сочтут ли его сумасшедшим?
Чем же лозунг «Я Шарли» лучше? И что сказать о тех миллионах, что бездумно повлеклись за ним? Только лишь следующее: над вами посмеялись бесы. Это была их победа. Беар, будучи их служителем, чувствует и себя победителем. Поэтому завершает свой «манифест» публичным обращением к тому, кого он почитает основным религиозным деятелем, т.е. к папе Франциску: «Мы будем приветствовать колокольный звон с Нотр-Дама в нашу честь только в том случае, если звонарями будут члены FEMEN».
Такова природа зла: оно агрессивно. И после одной победы над западными христианами спешит к другой. Беару в соборе Парижской Богоматери нужна тоталитарная секта FEMEN.
Во втором номере «Шарли» после событий 7 января на обложке изображена собачонка с вытаращенными глазами, сжимающая в зубах выпуск «Шарли Эбдо», за ней гонится целая свора крупных собак, в которой различимы Марин Ле Пен, Саркози, папа Франциск, боевик ИГИЛ. А что вы хотели, толерантные до сумасбродства, жители западной окраины Евразии? Не надо шутить с бесовщиной, не надо заигрывать с безбожием.
Религиозные граждане России, как православные, так и мусульмане, оказались мудрее западных обывателей, потому что Россия – более свободная страна, в ней стадные чувства имеют меньшее влияние, чем в Западной Европе. Если жителям последней нравится ползти за этой мерзостью – «Шарли Эбдо», жаль их… У граждан России другие идеалы. И чем отчетливее они будут звучать, тем скорее наша страна станет светом для поглощаемого адским мраком Запада. Недавно премьер-министр Великобритании Кэмерон заявил: «Думаю, в свободном обществе существует право оскорблять религиозные чувства других». Этому островитянину, увы, все еще не понятна разница между свободой (подразумевающей известную степень ответственности каждого гражданина) и анархией.
18 веков назад христианские мученики в Галлии на все вопросы судей отвечали: «Я христианин». А теперь именующие себя христианами произносят эти жалкие слова: «Я Шарли». До чего же докатилась некогда христианская страна! Очень бы хотелось надеяться, что современные французы в эпоху грядущих испытаний вновь научатся произносить с мужеством, не мудрствуя лукаво: «Я христианин».
Иерей Сергий Карамышев, публицист, Рыбинск. Так по ком же звонит колокол Нотр-Дам де Пари?
Теракт в Париже в январе 2015 г. и реакция на него / 26.02.2015
Работает на Prihod.ru при поддержке ORTOX.RU [Войти]
Перейти к верхней панели